Previous Entry Share Next Entry
Надо ли ставить памятный знак чехословацкому корпусу? Решать самарцам.
eremkin_kub
Оригинал взят у kraevedoff63 в Надо ли ставить памятный знак чехословацкому корпусу? Решать самарцам.
В Самаре продолжают обсуждать установку памятного знака с именами солдат чехословацкого корпуса, погибших на самарской земле. Самкульт задал несколько вопросов краеведу Олегу Ракшину, который активно выступает против увековечения памяти чехов.
Надо сказать, что у Самкульта есть собственный вариант решения этой проблемы. Дело в том, что в центре Самары уже стоит памятник чешскому солдату! И не просто солдату, а представителю того самого корпуса — бравому Швейку.
Да, конечно, это памятник литературному персонажу, но и вся история с чешскими легионерами такая путаная, что герой, созданный фантазией вполне реального легионера Ярослава Гашека, для всего мира гораздо реальней, чем солдаты из списка Минобороны.  Надо просто отвинтить одну табличку и прикрутить другую. Впрочем, шутки в сторону, предоставим слово Олегу Ракшину.
— Нужно ли, по вашему мнению, вообще ставить какой-то знак, увековечивающий, так или иначе, память чехословацкого корпуса? Может, и Швейк сойдет?
— Мы любим вспоминать слова, которые говорят в назидание и предостережение на будущее поверженному или потенциальному агрессору: «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет!» В нас пока еще живет гордость и за Александра Невского, и за героев Великой Отечественной войны. Тогда понимали — нельзя жалеть врага. Каждый убитый вражеский солдат — это чья-то спасённая жизнь. С радостью или против воли, но солдаты неприятеля от начала времён приходили на нашу землю с одной целью — убивать, насиловать и грабить. Попробуйте вспомнить, сколько памятных знаков солдатам вражеских армий поставлено на нашей земле в советский период? Ни одного. Потому, в том числе, и боялся нас «демократический мир», и ненавидел. На мой взгляд, государственная информационная машина должна донести для всех «партнёров» острую, как русский штык, мысль: даже не думайте воевать против России! Бунтуйте, садитесь в тюрьму, дезертируйте, но не воюйте. Здесь вы найдёте не только смерть, но и полное забвение. Никто не скажет вашим родным, где и как вы были убиты. Над вашей братской или одиночной могилой не будет ни памятного знака, ни слёз родственников. Вы будете вычеркнуты из книги человеческой памяти и превратитесь в прах. В России вас ждёт смерть и забвение.
— Есть ли какие-то конструктивные основания у «наездов» со стороны российского Минобороны?
— Позиция представителей МО России, мягко говоря, странная. В соглашении «О взаимном содержании захоронений», на которое ссылаются сторонники установки памятника интервентам и представители Минобороны России, речь идет о реально существующих могилах. Все формулировки говорят именно об этом: — …«чешские военные захоронения» — места на территории Российской Федерации, где захоронены чешские граждане…«. То есть, не БЫЛИ захоронены, а захоронены в настоящий момент. — «Обустройство вновь обнаруженных военных захоронений будет производиться, как правило, в местах нахождения останков или, если это окажется невозможным, в иных местах, достойных памяти погибших»… (ст. 3.4) Опять же — останки должны быть обнаружены, существовать, как факт, только после этого предполагается найти новое место для перезахоронения.
Существующих захоронений чехословацких легионеров на территории города НЕТ. Они были — это подтверждается документально: метрические книги Всехсвятского кладбища, фотографии, статьи в газетах о похоронах. Но в данный момент захоронения утеряны. Хотя нам удалось установить не только место где были похоронены в двух братских и в нескольких одиночных могилах чешские военнослужащие. За всё время пребывания чехов в Самаре на территории Всехсвятского кладбища по последним данным упокоились 25 легионеров. Сохранившиеся фамилии чехов, количество погребенных, даты в метриках не совпадают не только с данными, опубликованными на сайте Минобороны Чехии, но и цифрой, которую предполагают выбить на памятном знаке в Самаре. Тогда какое отношение возможная установка памятника интервентам имеет к соглашению «О взаимном содержании захоронений»?
Это первый юридический аспект, касающийся соглашения между РФ и ЧР. Второй следует из ст.2.3 соглашения: «При обеспечении сохранности, содержании и обустройстве новых военных захоронений Договаривающиеся Стороны будут действовать в соответствии со своим национальным законодательством, а также с учетом национальных, религиозных и иных традиций своих государств.» Есть установленная законом процедура увековечения памяти кого бы то ни было. Перед уходом с поста мэра Дмитрия Азарова, в неё были внесены изменения. И сейчас в этом документе есть нюансы, которые ставят установку памятника легионерам вне закона. Во-первых, если инициатива по увековечиванию памяти не была реализована за три года, то она считается аннулированной. И все документы надо собирать и подавать в администрацию на рассмотрение заново. Во-вторых, существенно расширен круг этих документов. Помимо архивных данных, в пакете должен присутствовать проект памятного знака. Ну, и прочие тонкости, которые, если кто-то возьмется указать чешской стороне на соблюдение закона, могут не просто затянуть, но и сделать установку памятного знака невозможной.
— Чем запомнились в 1918 году чехи самарцам?
— В Самарском областном государственном архиве социально-политической истории сохранилось большое количество материалов о событиях весны-осени 1918 года. Значительная часть этих данных — воспоминания очевидцев. Некоторые воспоминания были уже опубликованы в известной краеведческой литературе, что-то до сих пор неизвестно широкому кругу читателей.
Если кратко, мои личные впечатления от прочитанного, можно изложить в нескольких пунктах:
1. Перед штурмом Самары чехи обстреливали город из артиллерии. Среди мирных жителей были жертвы, в том числе, женщины и дети. Вот воспоминания известного христианского миссионера Владимира Марцинковского: «Я жил на краю города, на Уральской улице. Недалеко были окопы. Иногда вечером, после пушечного выстрела, вдруг слышишь душераздирающие стоны — это кричат раненые. С раннего утра до вечера зловеще взвывали гранаты над городом. Одна из них влетела в комнату сапожника, жившего на соседнем дворе — и вся семья, состоявшая из пяти человек, была убита». Эта информация подтверждается и записью в метрической книге Покровской церкви. Глава семьи — уроженец Тверской губернии Семён Павлович Павлов, 36 лет, сапожник. Супруга — Пелагея Васильевна, 30 лет. Дети — Александр, 3 года и Алексей, 11 лет. Вся семья погибла от разрыва снаряда. В мастерской сапожника в этот момент находился заказчик. Кем он был, выяснить не удалось, и в метрической книге Покровской церкви пятую жертву обстрела записали как «неизвестный».
2. Штурм города длился около 7 часов. Бои продолжались по всей Самаре: от Хлебной площади до артиллерийских казарм.

3. Во время боя в Самаре (в том числе при штурме Пензы) чехи активно применяли разрывные пули. Откуда у легионеров дорогостоящий и запрещенный к применению боеприпас, еще предстоит разобраться.

4. Всё, что происходило на улицах Самары, для горожан было настоящим шоком. Один из очевидцев, некто Сафронов, писал: «Я помню те печальные дни, когда самарский вскрытный дом был переполнен трупами собранных с пыльных улиц и побережья Самарки. Народ толпами собирался смотреть на эту новую картину, еще никогда небывалую в Самаре. Обезображенные трупы в крови и грязи с вырванными глазами, раздробленными головами, распоротыми животами. Они лежали не в порядке, похоже, когда как будто выбрасывают старые шпалы». Часть жертв похоронили в братских могилах на городском Всехсвятском кладбище. Несколько десятков расстрелянных красноармейцев закопали в братской могиле в сквере на Соборной площади (сейчас это площадь Куйбышева). Часть пленных красноармейцев легионеры отправили на станцию Кряж, где их расстреляли из пулемётов и изрубили тесаками. За несколько дней боёв — в Самаре погибло более 300 человек, в том числе женщины и дети.

5. Очевидцам запомнилась группа в штатском, которая провоцировала обывателей расправляться с большевиками и красноармейцами.

6. Перед отступлением чехи вывезли все, что можно ценного вывезти, зачем-то уничтожили картотеку по уголовникам, взорвали железнодорожный мост. «Не успели взять Симбирск, как началась суета: извозчики и поезда брались на перебой. А чехи стали смотреть уныло. Начали говорить, как они любят родину и чемоданы» — писал очевидец. Последняя группа легионеров промаршировала к железнодорожному вокзалу, распевая «Варшавянку». На любопытствующих обывателей чехи для острастки наводили оружие. В общем, ничего такого героического. Чехи вели себя как обычные интервенты в чужой стране, да и сами они этого сейчас не особо скрывают.

Вся эта история с памятниками погибшим легионерам проводится в рамках проекта Минобороны Чехии «Легионы 100». Вот что написано на сайте проекта: «Столетие образования чехословацких легионов станет темой в воспитании патриотизма и развитии традиций в духе наследия чехословацких легионеров… Современные зарубежные миссии АЧР по своему пониманию не далеки от идеалов, за которые боролись чехословацкие легионы почти сто лет тому назад. Наоборот, здесь прямая последовательность. Тогда и сегодня бой наших солдат ведется в рамках коалиционных сил, за рубежом, за свободу и демократию». С кем и против кого, чехи выбор сделали. А какой выбор сделают самарцы?

Вопросы задавал Илья Сульдин


Ссылка>

?

Log in

No account? Create an account